Loading...

Как герои Крапивина попадают в «сказочные» измерения? Авторская колонка филолога Лены Соловьевой

Сейчас днем ушел из жизни один из самых возлюбленных в нашей стране детских писателей Владислав Петрович Крапивин. Екатеринбуржцы делятся своими мемуарами о создателе и впечатлениями, которые на их в различное время произвели его книжки. «Новейший Денек» приводит одно из их – управляющего отдела культурно-массовых коммуникаций СОУНБ им. В.Г. Белинского Лены Соловьевой.

«Ушёл Владислав Петрович Крапивин, один из самых возлюбленных моих писателей. Этот текст о нём, изготовленный несколько годов назад. Светлая, светлая память.

Перечитала «Голубятню на желтоватой поляне» Владислава Крапивина. 1-ый раз я ее читала лет 20, а то и больше вспять. И с тех баснословных времен в памяти почему-либо осталось чувство солнечной озари, городской парк и гипсовая статуя, с которой что-то было не так. А сейчас вдруг к собственному удивлению и наслаждению я обнаруживаю совершенно другую – сложноустроенную книжку, где действие разворачивается аж в 3-х временных измерениях. И где, не считая солнца, есть вещи по-настоящему жуткие. «…Это кончилось. Улица привела к небольшому кладбищу над обрывом. Масса разлилась под темными, весьма высочайшими деревьями, окружила то пространство, где, кажется, была могила. Колыбельная все еще звучала, но тихо, без слов, как будто люди пели, не разжимая губ».

Так я не большенный любитель фантастики, если речь не идет о Брэдбери, но здесь все тактично и осторожно выписано. С огромным мастерством, от которого отвыкаешь, просматривая промышленные объемы сегодняшнего детско-подросткового чтива. Но основное – я вдруг понимаю, сколько у Крапивина вещей, которые я постоянно считала полностью своими: чувство близкого моря; городка и башни, построенные из ракушечника; пустыри, заросшие сорняками – белоцветом, «бабкиными бусами», сурепкой, откуда так просто начинать самые немыслимые путешествия; старенькые дачные поезда, древесные шпалы, веранды с цветными стеклами.

Чудеса Крапивина не выдуманные, они происходят естественно, являясь продолжением внутренних параметров предметов и состояний, волшебством наделенных. К примеру: есть вещи, вокруг которых в различных странах и у различных создателей чудеса локализуются – веера, калейдоскопы, солнечные часы, часы с маятником, музыкальные шкатулки и другое, если помыслить. Другими словами, если есть таковая вещь – притча случится, либо, напротив, в притчах нередко случаются такие вещи. Это как порталы.

Как герои Крапивина попадают в «сказочные» измерения? Через кладовую при спортивном зале, где хранятся маты, мячи и остальной инвентарь. По незаметной улице в дачном поселке средней полосы, которая вдруг обрывается к морю. Естественно, на старенькой электричке – конкретно она «прошивает» все три места в «Голубятне на желтоватой поляне», замыкая роман-трилогию и время в кольцо. Там в самом начале основной герой открывает дверь собственного звездолета и попадает в солнечные полосы, ложащиеся на древесный пол. Лето чьего-то юношества, схожее на земное, схожее на его детство, вечное детство всех. Но мне кажется, что когда я опять открою эту книжку лет через 10, она снова будет иной. Совершенно иной, хотя в тексте и слова не обменяется».

Источник: newdaynews.ru

Добавить комментарий